Юрий РОСС (filibuster60) wrote,
Юрий РОСС
filibuster60

Category:

Тот самый остров. 4 / four

       FOUR
       Ещё бы.
       Это был купол. Понимаете? Купол.
       Нет. Как бы вам объяснить-то… Ну, словом, купол. Полусфера, лежащая на поверхности океана. Прозрачная и не сделанная ни из чего. Как бы эфирная, что ли, но отчётливо видимая глазом, прямо перед форштевнем. Я вначале подумал, что это галлюцинация – всё-таки я, в отличие от Мэг, так и не успел выспаться – но она видела то же самое. Глаза у неё были круглые и огромные, как старинные дублоны. И рот открылся.
       До «купола» было… непонятно сколько. Если он был близко, то он был не такой уж и большой. А если далеко, то просто огромный. Фокус в том, что на глаз определить дистанцию я не сумел, и когда потом «Отчаянный» вошёл в «купол», я понял, что до него было от силы полмили, даже меньше. Это было какое-то непонятное атмосферное явление, что ли. Не оптическая иллюзия, не мираж, нет. Я миражей насмотрелся вдоволь, сэр – и на севере, и на экваторе. Это было что-то, наверно, как-то связанное с земным магнетизмом, с земным электричеством. А может, с неземным. Не уверен, что кто-то видел что-либо подобное… хотя почему? Как минимум, полтора десятка людей видело, но они уже ничего не расскажут. Впрочем, я забегаю вперёд.
     «Купол», повторяю, был прозрачный, и его поверхность словно переливалась, мерцала, что ли. Вообще-то, правильнее было бы сказать – «стенка», потому что в тот момент мы не сразу осознали его сферичность. Но раз уж я сказал – «купол», то пусть так и будет. Его диаметр был, думаю, миль десять или одиннадцать – раз уж остров поместился внутри него, а он имел в длину почти девять. Но остров мы заметили не сразу, снаружи «купола» он не был виден, хотя сам «купол» был, в сотый раз повторю, прозрачен. Его нижняя граница как бы касалась воды, и в то же время не касалась. Как это так? Не знаю, как объяснить. Я даже не уверен в том, что вы меня понимаете на все сто – английский язык для вас, как-никак, не родной. И всё же. Я даже так скажу: с расстояния в полмили «купол» уже вообще виден не будет. Он даже не видим в полном смысле этого слова, он как бы ощутим каким-то… э-э… сверхзрением, что ли, которое, я думаю, есть у каждого человека, и которым он по ненадобности просто не пользуется. Разучился. А тут вдруг пришлось.
       Когда «Отчаянный» проходил сквозь эту прозрачную «стенку», я ощутил всей кожей странную вибрацию: буквально две секунды сквозь меня словно пробегал тонкий электрический разряд. Мэг чувствовала то же самое и тревожно смотрела на меня. А во мне сочеталось два совершенно противоположных желания – повернуть прочь и драпать от этого «купола» любым курсом на всех парусах, но в то же время хотелось непременно пройти сквозь него и посмотреть, что же там внутри. Интересно ведь. А уж когда мы увидели остров…
       Вернее, остров мы увидели не сразу. Мы прошли сквозь странную, еле видимую прозрачную и как бы колеблющуюся стену. И первое, от чего можно было рехнуться – солнце пропало. Нет, сэр, было светло, но свет шёл словно отовсюду, и предметы перестали отбрасывать тени. Мачты, например. Или я сам. Да-да, сверху, но ни с какой стороны конкретно. Потом этот странный штиль. Узкая, ярдов двадцать, полоса штиля, насколько об этом можно было судить по вдруг ставшей зеркальной воде, и в то же время лёгкий тёплый ветерок мягко двигал корвет вперёд. Картушка компаса дёрнулась раза два, совершила полный оборот и замерла в нерешительности, показывая курс зюйд, хотя до «купола» это был чистый вест. И остров, который словно материализовался из ниоткуда. Мы не приближались к нему постепенно, издалека. Мы оказались около него как-то сразу, внезапно, примерно в миле, он просто взял и возник. И тогда я вдруг заметил, что сверху снова светит солнце, вода покрыта нормальными волнами, и что нас несёт довольно неслабое течение. Это было похоже, как если бы у этой полусферы была некая оболочка, которую мы прошли, а теперь были уже внутри. Я повернул влево, машинально глянул на компас и с удовлетворением убедился, что он снова работает нормально. Корвет шёл на зюйд вместе с течением, и зелёные берега острова проплывали у нас по правому борту.
       Какое-то смутное ощущение дежавю крутилось у меня в голове, но никак не могло оформиться даже в самую захудалую мысль. Сейчас-то я могу сказать, что это самое беспокойство возникло при виде трёх высоких холмов, почти гор, торчащих в глубине острова, а вот тогда… Словом, ещё не пришедшие в себя после «купола», мы тупо глядели на зелёные леса, бархатом покрывавшие берег. Мэг спросила:
       – Си-Джей, что это было?
       Спросила этак очень-очень тихо.
       Женщины вообще странные существа. Включая Мэг. А дьявол его знает, что это было. Исчерпывающий ответ? Она начала горячиться:
       – На востоке от Малой гряды нет никаких островов! Только Барбадос, но это никак не Барбадос… или Барбадос в миниатюре.
       Тут я согласен, никуда не денешься. Восточнее Малых Антильских островов плещется огромный Атлантический океан – и ни одного клочка суши. Ни кораллового, ни песчаного, если не считать единственного, довольно большого острова Барбадос. Водица, и только. Океан со всеми его прелестями. Мы начала гадать. Может, нас затащило далеко на норд-вест? Тогда где-то рядом… что может быть рядом? Гваделупа? Мартиника? Или вообще никуда нас не затащило… Наветренные острова – они ж по дуге… Или наоборот, на зюйд-вест? В таком случае, мы снова в Карибском море, если это не Тобаго. Мэг покачала головой: нет. Ну да, ещё бы. Она там полтора года туристов на яхте возила, там маленькие островки только к норду от Шарлоттевилля. Но это совсем не то!
       Там, куда нас вынесло (вернее, могло вынести) штормом, насколько я понимаю, вообще глубины такие, что никаких... Я ещё вслух подумал: а может, лоцию полистать? И сам же ответил: замучаешься листать. Там этих островов...
       Мэг решительно встала с банки и говорит:
       – А знаешь что? Сейчас пойду и качну солнышко. Хоть широту знать будем.
       Мысль, согласитесь, была неплоха. Секстан – штука надёжная, были бы светила. С долготой у нас всё равно ничего бы не вышло, потому что на борту не было ни одного положенного справочника по мореходной астрономии. Да и точное время у нас пропало, как только обесточился приёмник GPS. Часов ни я, ни Мэгги не носили из принципа: наручные часы на яхте долго не живут. А хронометр, висящий в салоне, – это никакой не хронометр, а просто старые морские часы середины прошлого века, как сказал продавец в Лиссабоне: они, мол, сняты с торпедированного английского эсминца и всё такое. Понятно, что врал, но вещь была красивая, тем более что время с точностью до секунды по этим часам никто засекать не собирался. Они и шли плюс-минус пять минут, повешенные на переборку, и сейчас идут, как видите. Короче, с долготой были проблемы. Широта – другое дело, тут много ума не надо. Даже если секстан висит на переборке для антуража. Так что, по крайней мере, можно прикинуть, куда топать дальше.
       Вы спрашиваете, сэр, почему у нас не было второго приёмника GPS. А кто вам сказал, что не было? Был. И очень даже неплохой, карманный, но работал только от батареек. А вот батареек-то как раз и не было. Вернее, были, но – ха-ха, будьте внимательны, покупая что-либо у честных лавочников в Венесуэле…
       Наверх вылезла Мэгги, вид у неё был озадаченный – не сказать «огорчённый». В руках она держала секстан – то, что от него осталось. Секстан, как я уже сказал, висел на переборке штурманского уголка. Когда нас положило набок, и всё внутри летало, он слетел с кронштейна и упал на пайолы за кресло, ещё и зацепив за что-то твёрдое. При этом разбилось зеркало... Теперь его можно было с успехом использовать в любом качестве – хоть вместо лота, привязав длинный линёк, но только не для измерения угловой высоты небесных светил или горизонтальных углов. Новость была печальной. Мэг снова сделала удручённое лицо и скрылась в проёме люка. Я продолжал вести «Отчаянного» дальше вдоль острова, который никак не мог быть миражом: мираж не может находиться на расстоянии трёх кабельтовых и громко шуметь прибоем.
       Старые военно-морские часы показывали без четверти два, и я решил, что пора озаботиться местом якорной стоянки. О том, чтобы пристать к берегу прямо здесь, нечего было и думать: с оста шла мощная океанская зыбь, ровным накатом накрывая береговую черту, не имевшую ни одной укромной бухточки. Впрочем, вскоре берег начал плавно поворачивать на запад, и мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Тем временем Мэгги состряпала отличный омлет с цыплячьими крылышками – она мастерица была, что у брашпиля, что на камбузе, моя маленькая Мэг…
       Мы доедали омлет на верхней палубе (а Данни наконец-то слопал пяток сосисок), запивая его кислым уругвайским вином – совершенно невозможная вещь, но это был подарок, и выбрасывать за борт было жалко. Я вообще не люблю что-нибудь выбрасывать за борт. Не всякий мусор океану полезен… И вместе увидели, что ровная береговая черта, усыпанная валунами и круто взлетавшая вверх к лесу, превратилась в низкую и узкую косу, которая протянулась примерно на милю или чуть больше на зюйд-вест и почти упиралась в скалистый холм, торчавший прямо из воды. Это был небольшой выпуклый островок с парой здоровенных тёмных камней возле него, а что там за ним – пока не было видно. Мэг понесла вниз пустую посуду, а я быстро спустил бизань – на случай, если вдруг придётся неожиданно ворочать.
       За островком открылся вход в бухту шириной пять или шесть кабельтовых; левый входной мыс выглядел как угрюмый бычий лоб, наклонившийся к самой воде, возле мыса в воде я заметил две округлых скалы, у которых бурлила пена. Там, несомненно, имелись подводные рифы. «Отчаянный» повернул строго на норд и с полветром шёл в бухту. Сильно мешало течение, которое теперь сносило нас влево. Однако ход был узла два, вода чистой и прозрачной, так что я не опасался с размаху сесть на мель, если таковая вдруг окажется впереди. Мэг с ручным лотом оседлала носовой релинг и периодически показывала мне сложенные в кольцо большой и указательный пальцы – мол, идём хорошо, всё о’кэй.
       И снова – вот как ёкнуло что-то. Знаете, сэр, такое чувство, когда прыгаешь с парашютом, когда делаешь этот самый шаг в бездну? Вы прыгали с парашютом? Я тоже не прыгал. Но мне знакомо это ощущение… Вот и меня в тот раз – что-то сжало и тут же отпустило. Будто что-то давно знакомое, но забытое и потому непривычное. Новизна внешних ощущений мешает услышать внутреннее…
       Мы сбросили стаксель, а потом и грот. Пока Мэг разбирала и укладывала шкоты, я отдал якорь. Под килём было две с половиной сажени, грунт – ил и белый песок. Я вытравил ещё пять саженей – и достаточно: в бухте было тихо, потому что коса почти полностью закрывала её от зыби. И островок торчал очень удачно. Это была просто идеальная якорная стоянка. Течение сюда не заходило, минуя бухту с юга; сама бухта казалась почти круглой, хотя я знаю, что так никогда не бывает. От левого входного мыса по всему берегу тянулся белый пляж шириной ярдов двадцать. Кое-где у самой воды виднелись солидной величины валуны. За пляжем начинался лес, а точнее – джунгли. Всё это было настолько натурально и соответствовало моим представлениям о полной идиллии, о райском уголке в бескрайнем океане, что на какое-то время я и думать забыл о «куполе», о таинственной яхте «Пеламида» и о том, что мы до сих пор не знаем, где же, в конце концов, находимся.
       Данни сидел на верхней палубе и чутко ловил носом воздух неведомой земли, что подтверждало: никакой это не мираж.

     читать дальше
Tags: Тот самый остров, остров Сокровищ, паруса, пираты, подводные лодки, проза
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments