Юрий РОСС (filibuster60) wrote,
Юрий РОСС
filibuster60

Сказка, которую рассказывают по вечерам у костров смуглые люди на берегу тёплого океана

чудесная сказка от Корабельного котЪа Бориса, хоть и с парой матюков



[собсна, сказка >>>]     Жил да был как-то в одном племени (к счастью, не в нашем) человек по имени Нангалессу.
       Был он, в общем, человеком неплохим, да только ленивым без меры – ну да жизнь на тёплом острове к тому располагает.
       В своё время прошёл он обряд инициации, а потом ушёл от родителей, построил себе хижину, покрыл её листьями баобаба и стал жить-поживать в одиночку.
       Жил не тужил, грыз кокосы, ел бананы, ловил рыбу сетью – в общем, всё как полагается, чтобы не сдохнуть с голоду и поддерживать тело и дух в надлежащем состоянии.
       Но по прошествии нескольких лет стал Нангалессу ощущать неясное томление в чреслах, и понял он тогда, что пришла пора жениться.
       Несмотря на то, что был Нангалессу человеком ленивым, как уже было сказано, себя он считал первым парнем на деревне, удачливым и завидным женихом. Ну а как – кокосы ему на один зуб, рыба в сеть сама идёт, готовить худо-бедно научился – чем не жених?
       Пошёл он тогда к шаману племени, Энао, сватать его дочь, прекрасную Даголему.
       И впрямь хороша была Даголема – руки крепкие, ноги стройные, грудь как два плода хлебного дерева, на каждом шагу качается, бусы из раковин, украшенья из жемчуга.
       Выслушал Энао Нангалессу, подумал как следует, пообщался с Духами Нижнего Мира, постучал в бубен для виду да спросил:
       – Вот хочешь ты, Нангалессу, дочь мою в жёны брать. Хорошее дело, в общем-то. Готов я пойти тебе навстречу, вот только какой выкуп дать за неё сможешь? Одними кокосами сыт не будешь. Даголема девка капризная, да и то – за такой красотой ухаживать надо регулярно (что бы это слово ни значило). Привыкла она есть лепёшки рисовые, пить молоко коровье, умываться росой баобаба, купаться в целебной грязи. Непросто такую жену содержать. От грубой работы похудеют её ноги, обвиснет грудь, пупок запаршивеет. В общем, вот тебе мой сказ: воспитай трёх коров дойных, да быка ездового, засей поле рисом, научись лепёшки печь – тогда приходи. Поговорим.
       И захлопнул дверь, подперев её берцовой костью для надёжности.
       Опешил тут Нангалессу. Трёх коров воспитать, да быка ездового, да поле рисом засеять – это же года два как минимум придётся вкалывать. А чресла томятся уже сейчас, жениться хочется – спасу нет. Да и лень, опять же, трудиться.
       Было бы из-за чего, – думает он, – ну ведь баба как баба, жопа толстая, груди лет через двадцать так и так обвиснут – было бы чего ради стараться. Найду и жену покрасивше, и родителей не таких привередливых.
       Задумался человек по имени Нангалессу, сидя в тени ананаса, да так крепко, что сидел до полуночи, пока луна не взошла. Посмотрел на луну и решил: пойду к Лунному Зайцу свататься.
       Вступил он на Молочную Дорогу, плюнул на счастье под ноги, да и пошёл.
       Долго ли, коротко, а пришёл всё-таки. Поздоровался вежливо.
       Лунный Заяц сидит, важный, на пороге своей лунной хижины, трубку с лунной травой покуривает, дым клубами да кольцами выдувает.
       – Здравствуй, Лунный Заяц, – говорит Нангалессу.
       – Здравствуй и ты, человек, – говорит Лунный Заяц. – Кто ты таков, откуда, да зачем ко мне на Луну забрался?
       – Зовут меня Нангалессу, я пришёл к тебе с берегов тёплого океана, где растут волосатые кокосы и ананасы цветут под светом Луны. А добрался к тебе, потому что прослышал о красоте твоей дочери, Ланулау, и хочу к ней посвататься.
       – И впрямь хороша дочь моя Ланулау, раз слухи о её красоте достигли твоих земель, – отвечает Лунный Заяц. – Достойная из неё жена выйдет. И умений она многих: звёзды каждый вечер протирает, чтобы светили ярко, кометы отваживает, чтобы не несли они беды да горести, и умеет ругаться матом на двадцати четырёх языках. Сможешь ли ты помогать ей в этих непростых делах?
       – Не смогу, уважаемый Лунный Заяц, – отвечает Нангалессу. – Ничего я такого не умею, могу только кокосы грызть, рыбу ловить в сеть, да петь сладкозвучные песни.
       – Ну тогда, – говорит Лунный Заяц, – хотя бы для начала вспаши Море Дождей, подмети Озеро Ненависти, да срой Пик Груйтуйзен-Гамма, поскольку он мешает дымным кольцам летать на просторе, а кометы шугать и матом ругаться научишься по ходу дела. Сделаешь – приходи, поговорим. Не справишься – на хуй, это туда и направо.
       Призадумался тут опять Нангалессу. Трудную задачу поставил Лунный Заяц. Работы тут непочатый край, да и Ланулау не такая уж и красавица, если подумать, и кокосы на Луне не растут, да и тестя такого врагу не пожелаешь, грубияна да матершинника.
Вернулся он в свою деревню, сел на берегу и загрустил.
       А жениться хочется всё больше и больше.
       И пошёл тогда Нангалессу в гости к Океану, просить руки его дочери, Наукари.
       Долго ли, коротко ли шёл, раздвигая травы морские, сперва по литорали шёл, потом по сублиторали брёл, потом по батиали спускался, потом до абиссали добрался. Долго шёл человек по имени Нангалессу, но дошёл. Упрямый был, хоть и лентяй порядочный.
       Сидит перед ним Океан, на осьминоге гигантском устроился, рядом две акулы – Гери и Фреки – плавают, сверху скаты крыльями машут, хвостами водят, переменным током трещат, течения организуют.
       Тяжёл взгляд Океана, а нрав ещё тяжелее, сердится Океан страшно, и отходит от гнева долго.
       – Здравствуй, Океан, – говорит Нангалессу.
       – И ты здравствуй, человечек, – отвечает Океан. – Что тебе от меня надобно?
       – Пришёл я к тебе, чтобы просить руки твоей дочери, прекрасной Наукари.
       Нахмурился тут Океан. Да и то – дочь его красотой славна, тело как у дельфина, руки сильны, как мурены, волосы струятся как водоросли, вся жемчугами унизана, в руке боевая рыба-молот, а характер – как ёж морской, острый да ядовитый. Купается прекрасная Наукари в Гольфстриме, на нерест ходит в Море Лаптевых. Моржи ей сказки рассказывают, белые медведи колыбельные поют, рыба-луна ночником в спальне служит, а в конюшне стоит Король Сельдей засёдланный, плавником бьёт.
       – А много ли у тебя имущества, человек по имени Нангалессу? – спрашивает Океан. – Негоже дочке моей за бедняка выходить.
       – Как у латыша, – отвечает бедный, но честный Нангалессу, – хуй да душа. И хижина на берегу, крытая листьями.
       – А что ты тогда умеешь делать? Умеешь ли косяки рыб водить, корабли топить, мальков выхаживать, икру метать, водовороты устраивать, течения греть, бури напитывать?
       – Не умею, – отвечает Нангалессу. – Умею лишь кокосы грызть одним зубом, сок из дуриана давить, спать до полудня да рыбу сетью ловить.
       – Рыбу – сетью?! Ах, вот ты каков, ворюга, что меня по мелочи обносит! И ты посмел прийти ко мне, сватать прекрасную Наукари, жопа драная?! Не бывать тому во веки веков!
       Рассердился тут Океан, разволновался, стал буен и неукротим. Схватил он ближайшую рыбу-молот и так отделал ей несчастного Нангалессу, что ни одной косточки у того не осталось целой, а потом ещё и обоссал до полупрозрачности. И отпустил с миром жить дальше.
       Так и появились в Океане медузы.



=======
    И таки да, слегка меняю правила в своём журнале. Отныне можно матом. Но: только мне. И то лишь тогда, когда слов из песни не выкинуть. Вопросы есть? Вопросов нет. Разойдись, можно курить и оправиться.
Tags: вах-вах, проза, сказки, френды
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments