January 24th, 2019

ронин

Из сказанного давно

Yamamoto Tsunetomo.jpg

       Все мы предпочитаем жизнь смерти; все наши мысли и чувства естественно влекут нас к жизни.
       Если ты, не достигнув цели, останешься в живых – ты трус.
       Если же ты умрёшь, не достигнув цели, то, может быть, твоя смерть будет глупой и никчёмной, но зато честь твоя не пострадает.
      Ямамото Цунэтомо, «Сокрытое в листве», 1716 г.
crazy

Как мы игралися в преферанс

преферанс игра

       Преферанс вам не шахматы. Преферанс есть прекрасная математическая (и не только) модель самой жизни.
       Собирались обычно у меня, и каждый приносил то, что полагал сегодня нужным. В итоге получалась смесь, которую не назовёшь ни ершом, ни северным сиянием. Всё это ставилось под стол; очередной пузырь извлекался на ощупь и мог стать приятным сюрпризом (чаще всего так и было). Нехитрая закусь, конечно, тоже наличествовала, но незачем объяснять, что особого ажиотажа она не вызывала.
       Чаще оно всё происходило вчетвером, однако если присутствовали не играющие, им не возбранялось участвовать в качестве тренеров посредством подсказок – но только: а) кому-то одному, б) не подглядывая в чужие карты, и в) исключительно вслух и не конкретно, а только возгласом одобрения или наоборот (например, «Во-во!», «Ты чё, спятил?!», «Не-не-не!» и т.п.).
       Свечей, конечно, не было, а было настенное бра, дающее уютный вечерний мягкий свет. Соответственно, не было и канделябра, которым. Ну и лёгкая классическая музыка еле слышным фоном (Pink Floyd, Eloy, Supermax, Planet P Project, Alan Parson...).
       Писал обычно один, самый грамотный (Максик или Рыжик-Закуку), а остальные его в силу возможностей какое-то время контролировали. Аккуратные бланки пули на троих и на четверых были заранее сделаны в «кореле» и распечатывались на струйном принтере по надобности.
       Играли исключительно на деньги. Копеечка за вист, а вот что касаемо расплачивания в конце игры... впрочем, об этом позже.
       Теперь о конвенциях.
       Играли обычную «сочинку», в пуле 20 (куда больше-то?). За туза из прикупа писали как за взятку. Распасы геометрические (1-2-3-3-3-3...) с соответствующим жёстким выходом (6-7-8-8-8...) и с переходом хода, три круга. Вист джентльменский. Прыжки в торговле разрешены. «Сталинград». Первый ход всегда «втёмную». Десятерная проверялась. Ответственность на 8 и 9 – последний вистующий. Мизер перебивался девятерной.
       Дополнительными конвенциями предписывалось каждому игроку в течение всей игры обязательно сыграть мизер втёмную. В любое время.
       Тот, кто сидел на распасах, в текущий момент являлся наливающим. Бросок прикупа в морду инициировал мгновенное внеочередное наливание.
       Ну и...
       Примерно к середине игры незаметно, но неуклонно увеличивалось количество заказов втёмную; возгласы тренеров, наоборот, становились реже. И тише.
       Остальное помню смутно. Но играть всегда было интересно – это ж таки вам преферанс, а не бура или очко.
       В тех нечастых случаях, когда добирались до окончательного подсчёта, выносился примерно такой вердикт: «Ну... э-э-м-м-м... в общем... короче, Максик в целом у всех выиграл, Толик всем проиграл, а у Алёнки с Юрчиком примерно где-то как-то поровну». На более точные калькуляции ничьи мозги уже способны не были. Соответственно и не расплачивались наличными. Мы ж друзья-приятели, все конченые бессребренники (были тогда), хотя рубились всерьёз, будто на кону последние трусы.
       Через какое-то время (неделя, две...) раздавался телефонный звонок: «Привет! Ну чо, может, соберёмся да пульку распишем, а? Ты как?». От этого предложения по позвоночному столбу (точнее, по Сушумне) шла приятная вибрация, а также сладко посасывало в том месте, где у прочих людей обыкновенно помещается печень.
       Это было давно. Сейчас преф только в компании смартфона – например, на почте, в очереди за посылкой.
       А раньше-то бывало... у-у-у-у! И эта замечательная фраза: «Юрчик, а кто из нас вчера выиграл-то?»
       От такого преферанса выигрывали мы все. Вне зависимости от.