September 15th, 2015

cool

Бумажные фонарики Окинавы

http://www.lynix.biz/sites/default/files/imagecache/500x500/wysiwyg_imageupload/4438/kamikadze_0.jpg

       Заходим от солнца. Семь плюс семь плюс семь — двадцать одна машина. Всё, что осталось в отряде «Асахи». Под крыльями монопланов, как на ладони, сразу два ударных авианосца неприятеля со своей свитой. Три линкора — выкрашенные в чередующиеся белые и голубые полосы, верхушками айсбергов плывут над безмятежной гладью. Но отсюда, с высоты, тяжело оценить истинные размеры. Двумя клиньями идут эсминцы, они опасней всего. Маневренные, быстроходные, их очень много. Скоро внизу забьют колокола тревоги, и эсминцы сойдут с противолодочных зигзагов, собираясь вокруг авианосцев. Как верные псы, охраняющие хозяев. Скорострельным «эрликонам» достанется много работы. Но не сейчас — идём от солнца…
       За широколобым кожухом двигателя B5N «Накадзима» играет радуга. Ровный гул приятно отдаётся во всём теле. Этого мало! Когда я толкну ручку от себя, лопасти надсадно завоют, и узкий прямоугольник чужой взлётной палубы прыгнет навстречу, как самая желанная невеста!
       Моя госпожа Рэйко! Недолго мы были вместе! Я вспоминал вас часто во снах. Но не вы встанете перед глазами, когда мою душу унесёт священный ветер. Не вы — вот тот, что слева, прямоугольник…
       В шлемофоне — ни звука. Где-то за горизонтом остался последний приют — императорский авианосец «Сасэбо» и тысяча человек, провожавшие нас в полёт. Тысяча человек, две тысячи восторженных, горящих глаз, для которых мы стали уже частью Вечности. Ещё — чашки сакэ. Они остались на подносах флаг-адъютантов, дожидаться следующего прикосновения губ, сведённых в жёсткую линию.
       Внизу, у самых ног, лежит меч, на котором выгравирована всего одна фраза.
       «Лишь скудный росток на огромном поле».
Collapse )