January 19th, 2014

sniper

Интервью с Солдатом

[имя которого - Хироо Онода]   — Честно говоря, я не представляю, как можно 30 лет скрываться в джунглях…
       — Человек в мегаполисах слишком оторвался от природы. На самом деле в лесу есть всё, чтобы выжить. Масса лекарственных растений, повышающих иммунитет, служащих как антибиотик, обеззараживающих раны. Умереть с голоду тоже невозможно, главное для здоровья — соблюдать нормальный режим питания. Например, от частого потребления мяса температура тела повышается, а от питья кокосового молока — напротив, понижается. За всё время в джунглях я болел только один раз. Не следует забывать об элементарных вещах — утром и вечером я чистил зубы толчёной пальмовой корой. Когда меня потом осматривал дантист, то поразился: за 30 лет у меня не было ни единого случая кариеса.
   — Что первым делом нужно научиться делать в лесу?
       — Извлекать огонь. Сначала я поджигал стеклом порох из патронов, но боеприпасы надо было беречь, поэтому я пробовал получить пламя при помощи трения двух кусков бамбука. Пусть не сразу, но в итоге это получилось. Огонь нужен для того, чтобы кипятить речную и дождевую воду, это нужно делать обязательно, в ней есть вредные микробы.
   — Когда вы сдались, то вместе с винтовкой отдали полиции 500 патронов в отличном состоянии. Как у вас сохранилось столько боеприпасов?
       — Я экономил. Патроны шли строго на перестрелки с военными, а также на то, чтобы добыть свежее мясо. Изредка мы выходили на окраины деревень и ловили отбившуюся от стада корову. Животное убивали одним выстрелом в голову и только во время сильного ливня: так жители деревни не слышали стрельбы. Говядину вялили на солнце, делили её так, чтобы тушу коровы можно было съесть за 250 дней. Винтовку с патронами я регулярно смазывал говяжьим жиром, разбирал, чистил. Вообще, берёг её, как ребёнка, — закутывал в ветошь, когда было холодно, закрывал своим телом, когда шёл дождь.
   — Чем вы ещё питались кроме вяленой говядины?
       — Варили кашу из зелёных бананов в кокосовом молоке. Ловили рыбу в ручье, пару раз совершили налёт на магазин в деревне, забрали рис и консервы. Ставили ловушки на крыс. В принципе в любом тропическом лесу нет ничего опасного для человека.
   — А как насчёт ядовитых змей и насекомых?
       — Когда вы годами находитесь в джунглях, то становитесь их частью. И понимаете, что змея никогда просто так не нападёт, она сама вас до смерти боится. То же и с пауками, они не ставят цель охотиться на людей. Достаточно не наступать на них, тогда всё будет нормально. Разумеется, с самого начала лес будет очень страшен. Но потом привыкаешь ко всему. Мы опасались вовсе не хищников или змей, а людей — даже суп из бананов варили исключительно ночью, чтобы дым не увидели в деревне.
   — Вы не жалеете, что потратили лучшие годы своей жизни на то, чтобы вести бессмысленную партизанскую войну в одиночку, хотя Япония уже давно сдалась?
       — В императорской армии не принято обсуждать приказы. Майор сказал: "Ты должен оставаться, пока я не вернусь за тобой. Это приказание могу отменить только я". Я солдат и выполнял приказ — что тут удивительного? Меня оскорбляют предположения, что борьба была бессмысленной. Я воевал, чтобы моя страна стала могущественной и процветающей. Когда я вернулся в Токио, то увидел, что Япония сильна и богата — даже богаче, чем прежде. И это утешило моё сердце. Что касается остального… Откуда же я мог знать, что Япония капитулировала? Я и в страшном сне не мог себе это представить. Всё это время, что мы сражались в лесу, были уверены, что война продолжается.
   — Вам сбрасывали с самолёта газеты, чтобы вы узнали о капитуляции Японии.
       — Современное типографское оборудование может напечатать всё, что нужно спецслужбам. Я решил, что эти газеты фальшивые, что их изготовили враги специально для того, чтобы обмануть нас и выманить из джунглей. Последние два года с неба бросали письма моих родственников из Японии, которые уговаривали меня сдаться, — я узнал почерк, но думал, что американцы их взяли в плен и заставили написать это.
   — В течение тридцати лет вы воевали в джунглях с целой армией — против вас в разное время задействовали солдат, отряды спецназа, вертолёты. Прямо скажем, сюжет голливудского кинобоевика. У вас нет ощущения, что вы супермен?
       — Нет. С партизанами всегда тяжело воевать, во многих странах десятилетиями не могут подавить вооружённое сопротивление, особенно в труднопроходимой местности. Если ты чувствуешь себя в лесу как рыба в воде — твой противник попросту обречён. Например, я знаю, что по одной открытой местности следует перемещаться в камуфляже из сухих листьев, по другой — только из свежих. Филиппинские солдаты не были в курсе таких тонкостей.
   — Чего вам больше всего не хватало из бытовых удобств?
       — Трудно сказать. Мыла, наверное. Я стирал одежду в проточной воде, используя золу от костра как чистящее средство, и умывался каждый день… но очень хотелось намылиться. Проблема была в том, что форма начала расползаться. Я изготовил иголку из обломка колючей проволоки и штопал одежду нитками, которые сделал из побегов пальмы. В сезон дождей жил в пещере, в сухой сезон строил себе "квартиру" из бамбуковых стволов и покрывал крышу пальмовой "соломкой": в одной комнате была кухня, в другой — спальня.
   — Как вы пережили возвращение в Японию?
       — С трудом. Как будто я из одного времени сразу перенёсся в другое: небоскрёбы, девушки, неоновая реклама, непонятная музыка. Я понял, что у меня произойдёт нервный срыв, всё было чересчур доступно — питьевая вода текла из крана, еда продавалась в магазинах. Я не мог спать на кровати, всё время ложился на голый пол. По совету психотерапевта я эмигрировал в Бразилию, где разводил коров на ферме. Только после этого смог вернуться домой. Но и сейчас на три месяца в году я уезжаю в горные районы Хоккайдо: там основал школу для мальчиков, где учу их искусству выживания.
   — Как вы предполагаете: может ли кто-то из японских солдат и сейчас скрываться в глубине джунглей, не зная, что кончилась Вторая мировая война?
       — Возможно; ведь мой случай не был последним. В апреле 1980 года сдался капитан Фумио Накахира, который 36 лет прятался в горах филиппинского острова Миндоро. Не исключено, что в лесах остался кто-то ещё…
   — Но если бы майор Танигути не отменил свой приказ, вы воевали бы до сих пор?
       — Да.

       Цитаты:
       "Я разговаривала с ним вскоре после его сдачи. Этот человек долго не мог прийти в себя. Онода пережил страшный шок. Когда ему сказали, что война завершилась в 1945 году, у него просто потемнело в глазах. "Как Япония могла проиграть? Зачем я ухаживал за своей винтовкой, как за маленьким ребёнком? За что погибли мои люди?" — спрашивал он меня, и я не знала, что ему ответить. Он просто сидел и плакал навзрыд..."
       (c) бывшая "первая леди" Филиппин Имельда Маркос
       "Я помню, как Онода показал нам свое убежище в джунглях. Там было чисто, висели лозунги с иероглифами "Война до победы", а на стене был закреплён вырезанный из банановых листьев портрет императора. Пока были живы его подчинённые, Онода проводил с ними тренировки, а также устраивал конкурсы стихов".
       (c) бывший заместитель шерифа Лубанга Фидель Эламос


через Дизайнера взято у me в Хироо Онода, интервью
выше нос!

Нам привет из Арктики!


January 18, 2014, 12 noon
67°34.1'N, 64°05.7W
Baffin Island, Nunavut, Canada
3 km from Qikiqtarjuaq
-34°C, no wind, ice 80 cm thick
Meilleurs voeux / Best wishes,
Aurore, Léonie, France Pinczon du Sel & Eric Brossier

==============
       С величайшим удовольствием передаю новогодние приветики от ребят с полярной яхты "Вагабон" - от Эрика Броссье и Франс Пинзон дю Сэль. С ними, как всегда, детишки - Аврора (4 годика) и Леони (6 лет), которые практически с рождения живут на яхте в Арктике.

       Bonne annee, Vagabond - Eric et France et enfants! Nous attendons une nouvelle réunion au Kamtchatka! Je vous embrasse a fort! Bisous! :)