March 10th, 2008

корсар

Тот самый остров. 14 / vierzehn

     VIERZEHN
       25/IX-1944
       Ночевать пришлось под открытым небом – благо, что очень тепло.
       Вчера после обеда унтерштурмфюрер Ганс привёл всех оставшихся эсэсовцев. Один из них оказался пожилым гауптшарфюрером в пенсне. Ганс ещё раз выразил сожаление по поводу случившегося и сказал, что теперь, очевидно, всем нам придётся жить в палатках, поскольку жилые помещения бункера по странной прихоти доктора стали недоступны. Доктор Райнеке и в самом деле закрылся на все замки, отключив кодовые кнопки. Теперь можно ожидать чего угодно – никто не знает, как поведёт себя этот дурацкий «шатёр», если доктору взбредёт в голову что-нибудь там переключить. В том, что учёный был немного не в себе, уже никто не сомневался.

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 14 / fourteen

       FOURTEEN
       Однако слабый ветерок, который лениво ворошил воду бухты, вечерним бризом назвать было нельзя. При таком «ветре» корвет будет иметь максимум два узла, и нас неминуемо накроют огнём прямо с берега. Мэг предложила отбуксировать яхту в океан катером, а уж там должно подуть… Руслан молча пожал плечами: мол, решайте сами, моё дело сделано, а в море я не дока.
Тогда я решил: снимем аккумулятор с катера и уходим под дизелем. Должен завестись!
       Это было рискованно, но буксировать катерком наш корвет было ещё рискованней. Встав в цепочку, мы в пять минут передали на «Отчаянный» аккумуляторы с «Текилы». Ещё через пять наш видавший виды дизель старательно затарахтел.
Collapse )
корсар

Тот самый остров. 15 / fünfzehn

     FÜNFZEHN
       …Дописываю вечером, по часам 20.00. До сих пор не могу прийти в себя – во-первых, после вчерашнего, во-вторых, после сегодняшнего. На обратном пути я долго сидел на могиле Герхарда и плакал. Мне было жалко себя, жалко тех, с кем я столько пережил на борту U925, жалко Гретхен и не знаю кого ещё. Мне было очень плохо. Что-то в этом мире не так. Ведь мы же люди! Или нет?
       Было ещё светло; я добрался до дальнего подножия северного холма довольно быстро и без приключений. Туда ведёт не бетонная дорога, а как бы широкая и хорошо натоптанная тропа. Там и в самом деле ничего интересного и захватывающего, никакой романтики. Нет. Там просто ужас. Там три линии хлипких дощатых бараков, вокруг них два ряда колючей проволоки и низкие вышки для часовых, с пулемётами и прожекторами. На вышках не было никого, из угрюмых бараков не доносилось ни звука. Но я даже не дошёл до них. То, что я увидел слева от дороги, заставило меня остолбенеть.

Collapse )

читать дальше
корсар

Тот самый остров. 15 / fifteen

       FIFTEEN
       За ночь мы отмахали пятнадцать миль на зюйд, повернули на ост и прошли ещё тридцать пять. Выходило, что сейчас мы действительно находимся в ста семидесяти милях к ост-зюйд-осту от Гренадин. Поразмыслив, мы решили пройти ещё миль пятнадцать-двадцать на ост, а потом ворочать влево на норд, ещё миль двадцать и дальше прямиком на Барбадос. Если пираты не совсем дураки, то они должны будут заниматься поисками не Руслана, а тихоходной парусной яхты, поймать которую куда как проще. Маленький катерок типа «Текилы» имеет чрезвычайно мало шансов добраться до Барбадоса из-за слишком малого запаса топлива, а в первую очередь – по причине неопытности «капитана», да ещё при возможном ухудшении погоды. На месте Жана-Люка я бы тут же решил, что Акбар на прыгающей по волнам «Текиле» всё равно обречён, океан неминуемо убьёт его – а это значит, что не стоит тратить на него драгоценное время и топливо. Поэтому пираты непременно пойдут в сторону Тобаго, то есть на зюйд-вест. Скажите, мы всё рассчитали правильно? Вот-вот. Но только логика Жана-Люка по кличке Кулак работала в совершенно непостижимом для меня направлении.
Collapse )
корсар

Тот самый остров. 16 / sechzehn

     SECHZEHN
       26/IX-1944
       Боже, как же я вчера напился… ничего не помню. Ну ладно, у меня хоть причина была. У солдат СС, похоже, это ежедневный ритуал. Я проснулся почти в полдень и долго не вылезал из воды. Когда позвали на обед, откуда-то сверху раздался гул винтов самолёта.
       Все задрали головы, но ничего не увидели. Самолёт, судя по звуку, сделал несколько заходов, пять или шесть, с разных направлений, но так и не появился. Это явилось доказательством, что «шатёр» работает исправно – но кому от этого польза?

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 16 / sixteen

     SIXTEEN
     Минут пятнадцать понадобилось нам, чтобы хоть немного прибраться на верхней палубе после морского боя. Мы сбросили за борт труп негра, лежащий под грот-мачтой, вместе с его пистолетом и мачете, а потом набили издырявленные пулями паруса и, описав циркуляцию, прошли над тем местом, где пошли на дно остатки «Золотой лани». Хотя ветер начал стихать, дым уже почти растаял; на поверхности воды посередине большого масляного пятна плавали куски пенопласта, спасательный круг, обломки – словом, всё, что осталось от некогда грозного пиратского судна. Ни одного живого человека в воде мы не заметили – вот так и сбылась старая флибустьерская песенка, которую всегда приписывают Стивенсону, но которую, сдаётся мне, пели и до него:

Fifteen men on a dead man’s chest –
Yo ho ho, and the bottle of rum!
Drink, and the devil had done for the rest –
Yo ho ho, and the bottle of rum!


Collapse )
корсар

Тот самый остров. 17 / siebzehn

     SIEBZEHN
       27/IX-1944
       Печально, тетрадь почти кончилась, осталось всего семь чистых листов. Другой тетради нет. После пожара на лодке я думал, что будет нечем писать – ведь всё сгорело, и карандаши тоже, только огрызок в кармане – но утром трясущийся от похмелья Ганс Циммель подарил мне хорошую авторучку. Похоже, он ей даже не пользовался. Однако старый огрызок карандаша я не выкинул. Берегу, сам не знаю зачем.

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 17 / seventeen

       SEVENTEEN
       Вот и вся история, сэр. Ну… пока что вся. Не устали? Мы даже про ром как-то позабыли, а в бутылке ещё, кажется, что-то есть…
       В океане всегда найдётся что-то интересное и таинственное. И разгадку, быть может, придётся ждать годами. Но ведь коньяк от выдержки только крепчает, не так ли?
Collapse )
корсар

Тот самый остров. Послесловие.

       ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
       Автор искренне просит прощения за допущенные им вольности в отношении судьбы и характеров моряков подводной лодки U925, ибо все они, кроме корветтен-капитана Пауля фон Рёйдлиха и капитан-лейтенанта Клауса Фогеля – реальные люди.
       По официальным данным, немецкая лодка U925 (тип VII-C) под командованием обер-лейтенанта цур зее Гельмута Кноке вышла 24 августа 1944 года из базы Кристиансанд (Норвегия). Последнее донесение от неё было месяц спустя, 20 сентября (квадрат AL47, приблизительно 56°N, 26°W); лодка числится пропавшей без вести. Весь экипаж (пятьдесят один человек) считается погибшим.
      Все остальные персонажи книжки – вымышленные, однако всякие совпадения являются неслучайными.
      Да, чуть не забыл: в повести кое-где использованы тексты песенок хэви-метал-группы «Running Wild».
      Эту книжку автор посвящает всем морякам, особенно – будущим.

* * *