March 8th, 2008

корсар

Тот самый остров. 9 / neun

     NEUN
       20/IX-1944
       Я помню, что этот доктор обещал наутро какое-то включение. А, ну да... «шатёр Фрейи». Ну и пусть себе включают. Нам-то что? Ещё до завтрака отправил радиограмму якобы из квадрата AL47, подождал так и не пришедшую квитанцию, а теперь пойду гулять, смотреть остров. Со мной Хонцен, старший торпедист Вернер Кох, Отто Наст и Генрих Майер.
       Хотели начать с бригантины (или шхуны?), но решили, что никуда она не денется, и просто отправились по дороге, которой я шёл с Гансом к бункеру. Среди пальм и прочих диковинных растений, которых я раньше никогда не видел, дошли до поворота направо, куда нельзя, и двинулись по не очень густым зарослям через русло ручья налево.

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 9 / nine

       NINE
       Наконец, пройдя милю или полторы, мы вышли к заводи, плёс которой, несомненно, и был якорной стоянкой Северной бухты, а точнее – Северного залива, как это написано на карте. Подводная лодка была здесь – я отогнул рукой широкий зелёный лист и увидел её. От субмарины веяло какой-то страшной тайной.
       Но прежде мы вышли на большую поляну, а вернее, ровную площадку, когда-то расчищенную от деревьев. Глазам предстала косо стоящая старая ржавая бетономешалка, груда таких же ржавых стальных ящиков, наваленных как попало, и всякий прочий металлолом. На северном краю площадки, чуть ближе к воде угадывались дюралевые остатки какого-то сооружения, что-то вроде сквозного ангара. Дорога шла прямо к берегу, но мы, повинуясь инстинкту самосохранения, сочли за благо двигаться по самому краю площадки, по южному, готовые чуть что смыться под защиту зарослей. Однако, кроме изматывающих воплей тропических птиц, ни одного подозрительного звука до нас не долетало. Не скажу также, что у меня было ощущение, будто за нами кто-то следит. Мы просто вышли к месту, где не то чтобы когда-то уже ступала нога человека, а где всемогущий homo sapiens успел отметиться во всей своей красе, а теперь всё основательно заросло.
Collapse )
корсар

Тот самый остров. 10 / zehn

     ZEHN
       21/IX-1944
       10.00. Яркое солнце, полный штиль. Снялись со швартовов, отошли от пирса. На мостике капитан, второй вахтенный офицер, двое сигнальщиков и я, все с биноклями. Зачем Змей пригласил меня – не совсем понятно, но какой же дурак откажется? Убрали кранцы.
       11.25. Берег в миле по корме. Ход – семь узлов, идём под левым дизелем. Странное покалывание в руках и ногах, воздух как будто вибрирует. На секунду вдруг всё поплыло перед глазами и тут же перестало. Через переговорную трубу снизу позвали второго вахтенного офицера и доложили: «Магнитный компас взбесился!» Герхард непонимающе уставился на картушку гирокомпаса.
       И тут же – Оскар Виртмюллер, испуганно:
       – Остров пропал!.. Герр капитан!

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 10 / ten

       TEN
       Дорога вывела нас прямо к скале, причём по пути нам попались лежащие на обочине ветхие останки легкового автомобиля. Это-то откуда здесь? Впрочем, мы решили, что раз есть дорога, то почему бы не быть и автомобилю.
       Всё соответствовало скачанной из Интернета карте – с одним лишь уточнением. Нам не пришлось вставать лицом к скале, отсчитывать от неё десять саженей и копать яму, обливаясь солёным потом.
       Мы вообще забыли про то, что здесь можно что-нибудь интересное выкопать. Потому что дорога тянулась дальше в лес по направлению к северному склоны Подзорной Трубы, а её ответвление подходило вплотную к скале сбоку и обрывалось перед облупленными стальными дверями какого-то мрачного сооружения, врытого прямо в холм. Вот уж такого мы точно не ожидали. На массивной железной двери унылым ржавым рельефом красовался надменный нацистский орёл, сжимающий в когтях венок со свастикой. Дверь и бетонные оголовки сооружения когда-то были окрашены в непонятный цвет – скорее всего, в пятна камуфляжной расцветки – но от краски почти не осталось и следа, сплошная ржавчина. С узкого козырька свисали стебли травы; перед дверями валялись пустые бутылки, смятые упаковки и множество окурков. На двери имелась приваренная ручка, а также некое приспособление вроде штурвальчика или маховика, которое, по-видимому, нужно было вращать.
Collapse )
Кап-три

Даша Севастопольская *

написано-то давно, но чего-то вспомнилось именно восьмого марта :)

    Про Севастополь всегда говорили (да и сейчас, небось, говорят) – город камней, блядей (sorry) и белых бескозырок. Ну... извините – что есть, то есть. Жгучая страсть и наилегчайшесть поведения молодых особ Города-Героя в самом деле давно снискали себе заслуженную, хоть и скандальную славу. Конечно же, это не про всех подряд, но! – народный фольклор никогда не врёт.
Collapse )
корсар

Тот самый остров. 11 / elf

     ELF
       Герхард показал карту, которую ему дал капитан. Карта секретная, экземпляр номер два, довольно потёртая. Оказалось, на острове три больших холма, которые называются точно так же, как три мачты парусного корабля. Островок в южной бухте – это остров Скелетов. Или Скелета? Не помню. В северной части острова вроде бы ничего особенного нет, там вокруг холма ровная местность, покрытая лесом, и ещё один небольшой холмик. Решил, что всё равно улучу момент и посмотрю. Когда? Да хотя бы во время очередной пьянки. Эсэсовцы налакаются, будут плясать и петь, а мы с Герхардом и Вернером потихоньку сходим и вернёмся до темноты. Если там окажется вооружённая охрана, то, конечно, не полезем.

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 11 / eleven

       ELEVEN
       Было что-то около четырёх пополудни, когда мы, здорово устав и даже чуть не заблудившись, вышли к ручью, который течёт по болоту в Южную бухту. По пути я подробно рассказал Мэг обо всём, что увидел в сокровищнице и о своих мыслях внутри неё, на что Мэг сказала, пожав плечами:
       – А я и так была уверена, что ты не поведёшь себя, как братик Али-Бабы…
       Данни вёл себя странновато – выглядел обеспокоенным и взволнованно потягивал носом воздух. Мы этому значения не придали и даже убрали револьверы в карманы, а зря. Я предложил передохнуть и доесть остатки бутербродов перед последним этапом перехода, и мы только собрались присесть, как вдруг увидели, что нас держат на мушке.
Collapse )
корсар

Тот самый остров. 12 / zwölf

     ZWÖLF
       23/IX-1944
       Сразу после завтрака на лодку заявился вдрызг пьяный комендант. Он уговорил капитана выйти на пирс и долго его там упрашивал о чём-то. Мимо проходили члены экипажа – кто на борт, кто на берег, а он воровато озирался, пытался брать Змея под руку и старательно заглядывал ему в глаза. В конце концов, капитан громко сказал ему «да» несколько раз, но добавил, что не раньше, чем тот проспится. Штурмбаннфюрер расплылся в улыбке, ещё раз нервно оглянулся, сказал «яволь» и «хайль Гитлер», после чего заплетающейся походкой отправился по дороге в джунгли. Было очевидно, что начинающаяся жара по пути развезёт его ещё больше, и что трезветь ему предстоит где-нибудь под кустом или на обочине.
       Змей, брезгливо отряхнув рукав, подозвал своих помощников, штурмана, боцмана и меня.

Collapse )
корсар

Тот самый остров. 12 / twelve

       TWELVE
       Секунд пять я рассматривал его лицо, обрамлённое чёрной кучерявой шевелюрой. В нём было одновременно что-то хищное, жуткое, дьявольское, и в то же время он был странно обаятелен. От него веяло первобытной силой. Я подумал, что такому ничего не стоит зарезать человека, но его слово может стоить куда больше, чем напыщенные фразы какого-нибудь рафинированного краснобая. Бывают на свете люди, в которых вот этот самый внутренний стержень виден очень хорошо. И я начал.
       Начал с обычного французского паспорта, который вытащил из его кармана. Помню, я тогда ещё удивился: надо же, на заброшенном острове пират носит в кармане документы, аккуратно завёрнутые в полиэтилен…
Collapse )