Юрий РОСС (filibuster60) wrote,
Юрий РОСС
filibuster60

Categories:
  • Music:

Пенициллин

     На всякий случай. Мало ли – вдруг кто не читал ещё.

Максим Токарев ©

ПЕНИЦИЛЛИН *

     Было время,  когда балтийские границы охраняли катера типа МО – «мошки», спроектированные ещё в годы войны. Тяготы и лишения тогда были делом обычным, и на «мохах» не хватало очень многого, без чего сейчас в море нормальные люди не ходят вообще. На маленьких крылатых копиях таких катеров не было даже гальюнов.
     И ещё на «мошках» не пекли хлеб. О продуктах и вообще питании тогда заботились по принципу «лишь бы не было голодного бунта». Это на больших кораблях и лодках есть возможность хлеб печь. Или замораживать и потом отогревать. Или хавать спиртованный (редкая гадость). А «мошки» брали хлеб на полную автономность – дней на десять – в базе, да так и хрумкали всю службу.
     Морской погранец, как и ОВРовец, ведь как обижен – стоишь в дозорной позиции почти рядом с домом, пока погода хорошая. А когда штормит, надо укрываться. И, естественно, укрываться разрешат где угодно, только не в базе. Типа, не фиг баловать. Государственные интересы. И ещё одна вещь роднит погранцов с ОВРой – корабли маленькие («кладбища старлеев»), командиры – майоры. И если флотский офицер при некоторой пронырливости может перевестись на берег (флот-то большой), то куда деваться погранцу? Особенно если он уже кап-три и командир. Вот и сидели замшелые мамонты в майорских погонах по триста лет на своих командирских креслах. И нормально.
     Вот один такой командир «мошки» на службе, получив штормовое, почесал репу, удобно сел в своё кресло на ГКП, и сказал экипажу:
     – Экипаж, укрываться не пойдём. Будем оморячиваться, тля. По местам стоять, на якорь становиться. Всем «добро» блевать в шпигаты.
     И заснул в своем командирском кресле, как в колыбельке.
     Так и поползли мимо штормующей «мошки» на якоре длинные пограничные сутки. В море, естественно, больше никого. Сделали ужин, кок нарезал хлеб. Сели бойцы питаться, смотрят – снаружи нормальный хлеб, буханка как буханка, а внутри всё заплесневело.
     А годки – они так устроены, что обязательно имеют своё мнение по любому поводу. Если разобраться, то больше ничего у годка и нет, кроме его мнения. Оно ему заменяет всё остальное. И появилось годково мнение, что этот хлеб команда есть не будет. Посовещались годки (числом четыре), ещё посовещались, да и постановили: идти к командиру с ультиматумом. Идти там метров восемь. Послали самого безрассудного.
     Заглядывает Безрассудный в люк ГКП и говорит нагло так:
     – Прошу «добро» на вход!
     Командир спит. Безрассудный потоптался, и:
     – Товарищ командир, прошу разрешения!
     Штурман, пару часов до этого с интересом разглядывавший качающийся микрофон «каштана», неохотно отвлёкся и зашипел на Безрассудного:
     – Ты, рыло, совсем опух по приказу? Чё ревёшь? Чего ты здесь забыл, а?
     Безрассудный ему:
     – Тщщ старшлейнт, ршите отицца кмандиру!
     Командир разлепил веки и медленно повернул голову. Много, много где уже написано про такие вот мгновения, когда кто-то главный медленно, с достоинством передвигает точку прицеливания на возмутителя спокойствия. Безрассудный под таким взглядом поёжился, но решил идти до конца.
     – Слышь, Безрассудный, – говорит командир, – ты чё это? Надо же, годок пришёл к командиру. Можно сказать, ногой дверь открыл. Тебя, может, обидел кто? А может, тебе заняться нечем, а, Безрассудненький?
     А тот и выдаёт:
     – Тщ-щ командир, хлеб есть невозможно, заплесневел, и (он же Безрассудный) команда осталась голодной! (А дальше, сами знаете – «Потёмкин», офицеров за борт и бегом в нейтральный порт…)
     Штурман аж взвился:
     – Ты, рыло, да я тебе!.. Я тебя! Убью! Сука! Метрист! Буди помощника! (Тот сменился с якорной и спит в каюте).
     В люке ГКП появляется боцман, без которого, как известно, вода не святится.
     И вдруг командир спокойно говорит:
     – Стоп, стоп. Боцман, кока на ГКП.
     Появляется кок:
     – Вызывали?
     – Да, дорогой, спустись-ка вниз, принеси сюда разделочную доску, нож и целую буханку… Давай…
     Кок исчезает.
     – Ты вот, Безрассудный, – продолжает всё так же тихо и спокойно командир, – смотри сейчас только на меня, мне в глаза. Моргнёшь – поедешь в дисбат за неуставняк. Обещаю!
     Вновь по трапу грохочут гады: кок с заказом. Медленно, не мигая, безотрывно глядя на Безрассудного, командир положил доску на колено. Отрезал горбушки. Потом снял корку до середины буханки. Положил нож, взял рукой зеленеющую сердцевину – самую плесень.
     Плавным, артистичным движением поднёс кусок ко рту, откусил и начал жевать. Море билось в железное дно «мошки», как в пустую бочку, тарахтел где-то далеко, в другой галактике, ДГР, клацала командирская вставная челюсть, и шумно, ручьями, потел Безрассудный. Земля летела в космосе и легонько тёрлась об него атмосферой.
     Время остановилось.
     Командир засунул в рот последний кусочек, покрытый весёленьким зелёным налетом, пожевал с присосом и проглотил.
     Взял микрофон. Включил все цепи трансляции.
     – Это, – пронеслось над заливом, – не плесень. Это (и всё это время, не мигая, только глаза в глаза, Безрассудный совершенно мокр), это – ПЕНИЦИЛЛИН! Ты, сука, знаешь, сколько он в войну людей от смерти спас?!
     Ну и, конечно, дикий рев:
     – И ВООБЩЕ!!! КОМАНДИР ЖРЁТ!!! И ВЫ НЕ ПОДОХНЕТЕ!!! ПШЁЛ НА Х…! В ТРЮМА-А-А!!! СГНОЮ-У-У-У!!!
     И занавес.

     * из ненапечатанного сборника "У зелёной черты на мокрой воде"
  
Tags: Макс Токарев, военный всхлип, гы-гы
Subscribe

  • Ау, филологи

    Вам неологизмов? Хы. Это мы могём. Нам только позволь. Новое слово придумал: вакцинизм. Нет, вы перечитайте медленно слева направо. А потом то…

  • Второй год без "Абордажа"

    Камчатский Роспотребнадзор запретил проведение фестиваля "Абордаж-2021". Несмотря на действующее постановление губернатора,…

  • Ойй!.. то есть ух!

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 70 comments

  • Ау, филологи

    Вам неологизмов? Хы. Это мы могём. Нам только позволь. Новое слово придумал: вакцинизм. Нет, вы перечитайте медленно слева направо. А потом то…

  • Второй год без "Абордажа"

    Камчатский Роспотребнадзор запретил проведение фестиваля "Абордаж-2021". Несмотря на действующее постановление губернатора,…

  • Ойй!.. то есть ух!