Юрий РОСС (filibuster60) wrote,
Юрий РОСС
filibuster60

Тот самый остров. 17 / siebzehn

     SIEBZEHN
       27/IX-1944
       Печально, тетрадь почти кончилась, осталось всего семь чистых листов. Другой тетради нет. После пожара на лодке я думал, что будет нечем писать – ведь всё сгорело, и карандаши тоже, только огрызок в кармане – но утром трясущийся от похмелья Ганс Циммель подарил мне хорошую авторучку. Похоже, он ей даже не пользовался. Однако старый огрызок карандаша я не выкинул. Берегу, сам не знаю зачем.

     Хорст распорядился поставить маленькую палатку возле центральных дверей бункера – на случай, если идиот-доктор выглянет наружу. Дежурим без оружия по трое: два наших и один эсэсманн. Остальные так и живут возле фляги со шнапсом, которая пустеет на глазах. До чего же может пасть человек…
       В сопровождении обер-шютце Макса Вальхоффера, одного из не потерявших человеческий облик эсэсманнов, лазили с Вернером на средний холм, куда было нельзя. Там действительно есть этот излучатель – широкая труба, или вертикальный туннель, торчит из земли на полметра. Трава на вершине холма вся пожухла, словно её выжгло солнцем. Мы не приближались к излучателю ближе двадцати шагов – я ведь имею представление об энергии сверхвысокой частоты. На холме возникает сильное ощущение дискомфорта, какой-то непонятный душевный зуд, который исчезает по мере спуска. Что же такое произошло с доктором?

       2/X-1944
       Проходят дни. Самолёта нет, доктор не вылезал. Эсэсовцы хором поют песенку, текст которой дал капитан. Под шнапс, конечно, на все лады. Даже разложили на три голоса. А «Типперэри» им и впрямь не по нутру… Уговорил Хорста запретить им носить гетры – они меня почему-то бесят. А эсэсманнам всё равно, в парадном они или нет. Лишь бы шнапс был. Непостижимо.
       Странно, но люди меня тоже слушаются. Я у Хорста что-то вроде заместителя. «Золотая рыбка» лежит пузом на грунте. Боюсь, ил и песок быстро засосут её так, что ничем и не сдвинешь. Впрочем, это так, размышление ради размышления.
      Перепившиеся эсэсовцы подрались, пришлось разнимать и связывать. Особенно буянил один рыжий, он здорово умеет драться ногами. Мальчик-с-пальчик заломал его в два счёта. Хорст посоветовался с экипажем. С пьянством пора кончать. Заболел Огюст Кель. Фельдшеры говорят о признаках малярии или тропической лихорадки. Медикаменты есть, но они в бункере, а в него не попасть ни через одну из шести дверей.
       Эсэсманны показали большой склад, который сооружён прямо в горе. Возле склада торчит скала странного чёрного цвета, её поверхность даже блестит, словно лакированная. В складе обнаружились некоторые запасы продовольствия, сигарет и, разумеется, шнапса – целый бидон. Хорст приказал Риддеру провести ревизию консервов и прикинуть рацион – ведь неизвестно, когда прилетит самолёт с капитаном. Надеемся на фрукты. Ежедневно партия из десяти человек отправляется в джунгли. Настреляли из автомата диких уток. Пора думать и о рыбалке, но нет ни лески, ни крючков. Хонцен пообещал изобрести гарпун-арбалет – рыбы в бухте много, и крупной. Я согласен с Хорстом: главное – хоть чем-то занять людей, не давать им бездельничать.
       Ого! А этот Дитц, оказывается, не врал! В складе, в самом дальнем углу, два больших ящика с серебром и третий – с золотом. Слитки. Старинные. Испанские. Ганс рассказал, что их обнаружили в земле во время строительства. Какой-то древний клад. Неужели пиратский? Капитана Кидда, например. По-видимому, это как раз те сокровища, которыми Дитц собирался расплатиться за рейс в Бразилию. И что самое занимательное – он утаил находку от Рейха! Даже не все охранники знали о ней. Стоят себе ящики – и стоят. Ганс пояснил, что Дитц держал в смертном страхе тех эсэсманнов, которые волею судьбы стали свидетелями найденных сокровищ. Что же до рабов, которые непосредственно занимались доставкой и укладкой слитков, то они уже никому ничего не расскажут. Я вспомнил яму в северной части острова, и мне стало жутко.
       Новость о сказочном богатстве мгновенно распространилась среди нас, обитателей этого несчастного острова. Ну и что с того, что мы теперь богатеи?

       8/Х-1944
       Ганс заявил, что в южной бухте стоит двухмачтовый парусник и стреляет по берегу из пушек – дескать, он утром гулял по склону центрального холма и неожиданно увидел странный предмет на воде, а у него с собой был бинокль. Никто из нас не слышал канонады, Ганс говорит, что тоже не слышал. Глупости какие-то – ведь на современных парусниках пушек не бывает. Тем не менее, не медля ни минуты, Хорст отправил туда группу во главе с Вернером. Я не пошёл – со вчерашнего вечера дико болит живот. Через шесть часов Вернер вернулся и доложил, что ничего подобного не видно ни в бухте, ни в прибрежных водах, но зато они нашли старинную пузатую бутылку и такой же старинный матросский нож, ржавый-прержавый. Сомнений нет, у Ганса галлюцинации – герр унтерштурмфюрер допился. Делириум. Но клянётся, что не врёт. Потом начал выпрашивать глоток шнапса, потому что Хорст окончательно наложил на бидон табу. Из всех эсэсовцев он один такой, остальные понемногу исправляются. Однако они его по-прежнему боятся, не понимаю почему. Мы придумали новую вахту – дежурные по костру, они же собирают дрова. С дровами проблем нет: парни разбирают мачты пиратского брига. Где же капитан? Кое-кто попытался роптать, не буду называть фамилий. Хорст и Отто быстро убедили потенциальных бунтарей – во всяком случае, пока, а дальше посмотрим. Неужели что-то случилось, и он не прилетит? Где она вообще, эта Арагуао? Заболел ещё один человек, Эйнар Раттенау, эсэсманн. Глаза жёлтые, температура, бред, резь в правом подреберье. Инквизитор напуган. Если это желтуха – то не знаем, что и делать.

       10/Х-1944
       Что же случилось с капитаном???

       13/Х-1944
       Обер-гефрайтер Огюст Кель умер. Есть все основания опасаться эпидемии. Надо обсудить идею переселения в другую часть острова. Это означает отделить больных от здоровых. А как? И кто их будет лечить? И чем? Ещё трое жалуются на температуру и головную боль. Похоронили Огюста неподалеку от Герхарда, ближе к лесу. Надо будет сделать крест. Самолёт могли сбить янки, на пути туда или обратно... И что тогда?

       14/Х-1944
       Гельмут Лёйбе, вернувшись с охоты на птиц, очень взволнован. На южном склоне центрального холма под скалой он слышал голоса на английском языке. Ему можно верить, потому что он хотел учиться на дипломата и отлично знает язык томми. Спрятался в кустах и долго ждал, но голоса моментально стихли. Сам Гельмут никого не увидел. То, что он говорит, похоже на бред: голоса спорили, стоит ли настоящему джентльмену удачи бояться синерожего пьяницы, к тому же ещё и дохлого, а также бывает ли у привидений тень. Я немного говорю по-английски, и Вилли Касс тоже, поскольку мы радисты, и мы подтвердили, что эти фразы переводятся именно так. Хорст поначалу решил, что Гельмут просто спятил, но не похоже. На всякий случай выставили у дороги скрытый парный пост с автоматами. И вообще, пора уже прочесать весь остров и зарисовать, где тут что. Рассказам эсэсовцев мы с Хорстом не очень верим. Руди Шпёрк предложил взорвать дверь в бункер, но эсэсовцы, которые знают, как она устроена, только посмеялись. Кроме того, взрывы могут напугать доктора, и он вообще никогда не вылезет наружу, а то ещё и сотворит что-нибудь несусветное. Самолёта по-прежнему нет.

       15/Х-1944
       День рождения у Оскара Виртмюллера. Отметили без капли спиртного. Больше всего мы с Хорстом боимся падения дисциплины. Всё прошло хорошо, если не считать того, что все разговоры неизбежно сводятся к самолёту, который всё никак не прилетит.
\
       16/Х-1944
       Шнапс – только для дезинфекции! Будем всё мыть и чистить шнапсом. Заболели торпедист Дагоберт Франк и матрос Гюнтер Обст, и тоже похоже на желтуху.

       19/X-1944
       Интересные дела! Исчез Ганс, а вместе с ним четырнадцать солдат-эсэсманнов. Вечером были в своей палатке, а утром обнаружилось их отсутствие. Остальные хлопают глазами и разводят руками. Хорст сказал, что это не к добру. Мне тоже так думается, хотя пока ничего страшного не произошло. Погуляют – и вернутся…
       После обеда. Случилось то, чего уж никак не ожидалось. На своём посту возле главной двери бункера убит Вернер. Ножом. Удар сзади-снизу, точно в левую почку. Его напарник Райманн и третий часовой, стрелок СС, бесследно исчезли. Я уверен, что это дело рук Ганса, ведь он левша. Что происходит? Не понимаю...

       20/X-1944
       Вторую засаду они устроили прямо возле склада. Сегодня утром. Откуда-то у них появились автоматы. Если бы они не сглупили и не открыли огонь слишком рано, у них были бы все шансы положить прямо там добрую половину нашего экипажа. А так мы отделались двумя пустяковыми ранами, успели отойти в заросли.
       Если я ничего не путаю, то у нас тут начинается настоящая война. Но какой смысл? Вот-вот прилетит самолёт со Змеем, и что они тогда будут делать? Они сошли с ума...
       Впрочем, ответ лежит на поверхности. Они хотят перебить нас всех до единого, в том числе и своих, а потом захватить самолёт. И причина здесь может быть только одна: сокровища. Золото и серебро. Они просто хотят смыться с острова, вот и всё. Мы с Хорстом перебрали кучу вариантов, но другого объяснения у нас нет.
       Остальные эсэсманны пока ведут себя смирно, но кто знает, чем может закончиться, если на наш лагерь нападут. Вернера похоронили недалеко от пирса.
       Патронов у нас мало; нужно организовать охрану лагеря или вообще перебазироваться прямо в склад, поскольку в нём проще обороняться. Единственный минус – там нет воды, и придётся делать вылазки на ручей. Отныне мы живём в три боевых смены, как на корабле. Неожиданный враг не должен застать нас врасплох! Мы будем особенно уязвимы во время передислокации, когда будем тащить весь наш нехитрый скарб и больных. Хорошо, что нас больше, чем их.
       Однако какой ужас… германцы стреляют по германцам… И всё из-за чего? Неужели мы правы, и во всём виноваты эти проклятые испанские слитки в трёх ящиках? Скорее бы прилетел самолёт с нашим капитаном!!! Где же он?! Хорст предложил построить деревянный корабль, он знает, в какую сторону плыть, но прежде нам придётся
[фраза не закончена, на странице – смазанные бурые пятна, похожие на кровь]

читать дальше
Tags: Тот самый остров, остров Сокровищ, паруса, пираты, подводные лодки, проза
Subscribe

  • Про памятники эти

    Тоже имею высказаться. Противно наблюдать, как вопрос по памятнику решают те, кто по масштабам личности, по свершениям, харизме, стойкости,…

  • Три копейки

  • Холодец

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments