Про исконно русские фамилии
Офицер может и должен держать слово.
Или нет, не так.
Офицер должен и может держать слово...
Опять не так. Как-то не так звучит, да?
Тогда просто: настоящий офицер держит своё слово. Вот так.
Кто не знает, что такое "голондёр" - знайте: голондёр - это курсант Севастопольского Высшего военно-морского инженерного училища. Училище расположено в бухте Голландия, соответственно училище - Голландия, а курсант СВВМИУ - голондёр. Училище ещё любовно называли "Галошей".
Три голондёра намылились в самоход. Самоход - это самовольная отлучка из расположения части. Училище - тоже войсковая часть, из которой можно втихаря отлучиться (с последствиями, конечно, если поймают). Так вот они втроём и собрались усамоходить куда-то в крымские прерии. В самоходе бывает пиво, и бывают бабы - есть для чего отлучаться.
А тут трап каменный, двести двадцать с чем-то там ступенек. Так на этом вот самом трапе их и отлавливает дежурный по училищу, начальник кафедры морской практики капитан первого ранга дядя Дима Костюков.
Дядя Дима - мужчина, всеми офигенно уважаемый. Его не просто уважали - его уважали, боялись и любили. Больше говорить ничего не надо: просто уважали, боялись и любили. Здоровенный, статный, наглаженный-надраенный, умница, знаток флотского юмора, женской красоты и крымских вин.
Что? А, ну да. Я забыл сказать, что фамилии трёх самоходчиков-разгвоздяев были: Иванов, Петров и (гы-гы!) Сидоров. Можете проверить на форуме голондёров.
И вот он их ловит: стоять! Кому как не дяде Диме знать, что по этой лесенке реально в самоход бегают?
- Фамилии! - и ручку с блокнотиком достаёт: ну что поделать, служба такая, дежурный по училищу.
- Курсант Иванов!
- Курсант Петров!
Дядя Дима внимательно смотрит на одного, на другого и (особо внимательно) на третьего:
- Ну вот ещё скажите, что вы - Сидоров. Если так, то валите в свой самоход, слова не скажу.
И все трое - вы не поверите - начинают лихорадочно рыться в карманах, доставая документы. Дядя Дима внимательно вглядывается в строчки военных билетов, где каллиграфически-военным почерком тушью выведено: Иванов, Петров, Сидоров. Вот так...
Капраз дядя Дима принимал решение ровно пять секунд.
- Свободны. До двадцати четырёх ноль-ноль. Лично проверю.
Пиво было вкусным, женский пол - нежным.
Слово офицера.
А в довесок - уже не про слово офицера, а ещё маленько про иванова-петрова-сидорова.
Бегут по надраенному паркету длиннющего коридора учебного корпуса Голландии три голондёра - Иванов, Казанский и Петров. Бегут, знамо, во время учебного процесса и бегут (вы опять не поверите) во всё тот же самоход. Бегут по форме номер три, на которой, как известно, боевого номера не имеется. А навстречу, как противолодочный крейсер "Ленинград" с вертолётами, выруливает начальник учебного отдела, естественно - капраз.
- Стоять! Ваши фамилии?
- Курсант Иванов! (Это Иванов).
- Курсант Петров! (Это Казанский)
После малюсенькой паузы Петров хотел сказать, что он курсант Сидоров, но, проглотив комок и глянув на "Петрова", выдал:
- Курсант Казанский.
И никому не было обидно.
С этим Иваново-петрово-сидоровым в Голландии, говорят, много ещё чего весёлого было, пока они все вместе курсантами были.А потом они произвелись в лейтенанты-инженеры, флотские механики-атомщики, и раскидало их по всяким действующим флотам...
* из ненапечатанного сборника "Макароны по-флотски"
©
Или нет, не так.
Офицер должен и может держать слово...
Опять не так. Как-то не так звучит, да?
Тогда просто: настоящий офицер держит своё слово. Вот так.
Кто не знает, что такое "голондёр" - знайте: голондёр - это курсант Севастопольского Высшего военно-морского инженерного училища. Училище расположено в бухте Голландия, соответственно училище - Голландия, а курсант СВВМИУ - голондёр. Училище ещё любовно называли "Галошей".
Три голондёра намылились в самоход. Самоход - это самовольная отлучка из расположения части. Училище - тоже войсковая часть, из которой можно втихаря отлучиться (с последствиями, конечно, если поймают). Так вот они втроём и собрались усамоходить куда-то в крымские прерии. В самоходе бывает пиво, и бывают бабы - есть для чего отлучаться.
А тут трап каменный, двести двадцать с чем-то там ступенек. Так на этом вот самом трапе их и отлавливает дежурный по училищу, начальник кафедры морской практики капитан первого ранга дядя Дима Костюков.
Дядя Дима - мужчина, всеми офигенно уважаемый. Его не просто уважали - его уважали, боялись и любили. Больше говорить ничего не надо: просто уважали, боялись и любили. Здоровенный, статный, наглаженный-надраенный, умница, знаток флотского юмора, женской красоты и крымских вин.
Что? А, ну да. Я забыл сказать, что фамилии трёх самоходчиков-разгвоздяев были: Иванов, Петров и (гы-гы!) Сидоров. Можете проверить на форуме голондёров.
И вот он их ловит: стоять! Кому как не дяде Диме знать, что по этой лесенке реально в самоход бегают?
- Фамилии! - и ручку с блокнотиком достаёт: ну что поделать, служба такая, дежурный по училищу.
- Курсант Иванов!
- Курсант Петров!
Дядя Дима внимательно смотрит на одного, на другого и (особо внимательно) на третьего:
- Ну вот ещё скажите, что вы - Сидоров. Если так, то валите в свой самоход, слова не скажу.
И все трое - вы не поверите - начинают лихорадочно рыться в карманах, доставая документы. Дядя Дима внимательно вглядывается в строчки военных билетов, где каллиграфически-военным почерком тушью выведено: Иванов, Петров, Сидоров. Вот так...
Капраз дядя Дима принимал решение ровно пять секунд.
- Свободны. До двадцати четырёх ноль-ноль. Лично проверю.
Пиво было вкусным, женский пол - нежным.
Слово офицера.
А в довесок - уже не про слово офицера, а ещё маленько про иванова-петрова-сидорова.
Бегут по надраенному паркету длиннющего коридора учебного корпуса Голландии три голондёра - Иванов, Казанский и Петров. Бегут, знамо, во время учебного процесса и бегут (вы опять не поверите) во всё тот же самоход. Бегут по форме номер три, на которой, как известно, боевого номера не имеется. А навстречу, как противолодочный крейсер "Ленинград" с вертолётами, выруливает начальник учебного отдела, естественно - капраз.
- Стоять! Ваши фамилии?
- Курсант Иванов! (Это Иванов).
- Курсант Петров! (Это Казанский)
После малюсенькой паузы Петров хотел сказать, что он курсант Сидоров, но, проглотив комок и глянув на "Петрова", выдал:
- Курсант Казанский.
И никому не было обидно.
С этим Иваново-петрово-сидоровым в Голландии, говорят, много ещё чего весёлого было, пока они все вместе курсантами были.А потом они произвелись в лейтенанты-инженеры, флотские механики-атомщики, и раскидало их по всяким действующим флотам...
* из ненапечатанного сборника "Макароны по-флотски"
©